Высшее образование в Беларуси не заметило информационного взрыва

Дмитрий Сандаков

В настоящее время среди преподавателей высшей школы, по крайней мере, среди моих коллег, наметилась устойчивая тенденция критиковать студентов за низкий уровень не столько успеваемости, сколько мотивации и интереса к учебе. Для этого есть серьезные основания. Однако, нужно признать и то, что такая реакция студентов во многом является вполне ожидаемой, оправданной и даже разумной.

Вероятно, что одним из главных факторов снижения интереса студентов к учебе в высших учебных заведения является прогрессирующее отставание содержания предлагаемого студентам образования от жизненной реальности. Большая часть алгоритмов мышления (структур мыследеятельности), которые формируются и закрепляются на уровне навыков в ходе обучения в современных белорусских ВУЗах, неприменимы и, соответственно, не востребованы в производственной деятельности начала XXI века. Существенная часть учебного времени тратится на то, чтобы получить навыки, которые никогда не будут использованы в реальной профессиональной деятельности. С другой стороны, алгоритмы мышления, которые повседневно используются в современных производственных процессах, выпускникам ВУЗов приходится осваивать самостоятельно.

Такая парадоксальная ситуация сложилась, на мой взгляд, из-за того, что система высшего образования в Беларуси в очень слабой степени отреагировала на системные изменения глобальной информационной среды, которые произошли во второй половине ХХ века. Существующая сегодня Беларуси модель высшего образования (с ее методиками, формами и программами обучения) в своих основных чертах сложилась в 50-70е гг. прошлого века. Казалось бы, с тех пор поменялось многое — обновлялись программы и учебные планы, возникла тестовая форма контроля знаний, в аудиториях появились компьютеры и мультимедийные проекторы. Однако, в своей сути – т.е. в концептуальной и методической основе – высшее образование осталось тем же, что и было 50 лет назад.

А между тем, за 50 прошедших лет окружающая жизнь протерпела принципиальные изменения, в первую очередь вследствие глобального явления, которое в литературе получило название «информационный взрыв». Информационный взрыв привел к системным изменениям в информационном обмене, что повлекло за собой изменение структур мыследеятельности (алгоритмов мышления) специалистов практически всех сфер жизни.

Система высшего образования в Беларуси, метафорически выражаясь, «отсиделась в бомбоубежище», делая вид, что никакого информационного взрыва не было, и продолжает учиться студентов так, как будто на дворе — славные шестидесятые годы прошлого века.

Более того, складывается впечатление, что существенной частью педагогов и специалистов в области образования эти глобальные изменения информационной среды даже не были должным образом осознанны и оценены.

Сущность и последствия информационного взрыва

Во «всемирной паутине» можно встретить следующие типичные определения информационного взрыва.

«Информационный взрыв — постоянное увеличение скорости и объёмов публикаций (объёма информации) в масштабах планеты»

«Информационный взрыв — резкое увеличение объема информации, которую должен воспринять, хранить и использовать человек в процессе своей трудовой деятельности; является следствием НТР»

Эти определения далеко не в полной мере отражают суть явления информационного взрыва, так как акцентируют внимание только на одном его аспекте – увеличении объема информации. С моей точки зрения, информационный взрыв – это не только расширения информационного пространства, но и изменение законов и закономерностей его функционирования, а также появление новых процессов информационного обмена.

В упрощенном виде последствия информационного взрыва, который «прогремел» во второй половине XX века, можно свести к трем основным явлениям:

— лавинообразный рост объема информации (в том числе научных знаний)
— увеличение скорости накопления и обновлений информации (знаний и технологий)
— увеличение доступности информации и скорости доступа к информации.

Увеличение объема информации

Про резкое величание объема знаний во второй половине ХХ века написано немало, в том числе и мной. Однако, последствия этого феномена проанализированные в гораздо меньшей степени.

Главной проблемой специалиста первой половины ХХ века была нехватка информации, трудность и «время-затратность» поиска релевантной информации. Соответственно, методики обучения были направлены на то, чтобы загрузить в память специалиста как можно больше специальных знаний.

Специалист ХХI века сталкивается с принципиально иной ситуацией. Информации стало настолько много, что даже узкий специалист не в состоянии с ней ознакомится и ею воспользоваться. В последние 25 лет сложилась совершенно уникальная информационная ситуация, которая никогда ранее не встречалась в истории человечества. Впервые количество доступной информации многократно превысило ресурс человеческого сознания по ее усвоению. Именно поэтому стратегии подготовки специалистов, использовавшиеся в середине ХХ века, сегодня a priori обречены на провал.

Даже если, например, врач-онколог сегодня начнет 24 часа в сутки и 7 дней в неделю читать литературу методом скорочтения (которому в ВУЗах никто не учит) – он до своей смерти не сумеет овладеть доступным на сегодня объемом специальных знаний в этой области.

Сложившаяся информационная ситуация требует прежде всего осмысления и разработки новых методов работы с информацией (менеджмента знаний). Стратегия образования первой половины ХХ века, которую можно охарактеризовать девизом «дать знания на всю жизнь» сегодня не работоспособна. Система курсов повышения квалификации (две недели занятий раз в два-три года) для сотрудников некоторых учреждений (врачи, педагоги) ситуацию не меняет.

Увеличение скорости накопления и обновления информации.

Еще хуже обстоит дело со вторым «поражающим фактором» информационного взрыва – увеличением скоростей накопления и обновления информации. Современная модель высшего образования просто не готова к существующим сегодня скоростям обновления научной и технологической информации. Причем, к этому не готовы в равной степени ни студенты, ни педагоги, ни методическая модель высшей школы. Во многих областях науки и производства, технологии, которые были передовыми пять лет назад, сегодня давно забыты прогрессивным человечеством. Что, впрочем, не мешает белорусским студентам тратить «лучшие годы» на их изучение.

«Мир стремительно меняется. Двадцать три дня я не имел доступа к информации, и вот теперь передо мной толстые папки с разведывательными сводками, приказами, шифровками. Двадцать три дня назад никто не слышал ничего о ядерных фугасах… А теперь колоссальные силы агентурной разведки брошены на вскрытие этой таинственной системы самозащиты Запада» — это цитата взята мною из книги, написанной в 1985 году (В. Суворов «Аквариум»).

«Когда студент в виде молодого инженера приходит на производство, там ему говорят – голубок, ты ж отстал на 15 лет» — сказал в своем последнем интервью Василий Петрович Грязев, выдающий русский конструктор-оружейник.

Центральную проблему дидактики в ХХI веке можно сформулировать так: как за 5 лет подготовить специалиста, владеющего современным уровнем знаний и технологий, если информация накапливается быстрее, чем студент в состоянии читать, а за 5 лет технологии обновляются несколько раз? Ответа на это вопрос современная педагогика не дает. Мало того, что не дает — она его не ищет. Но что самое опасное – она такого вопроса даже не ставит.

Я думаю, что важнейший фактор многолетнего и, к сожалению, прогрессирующего отставания нашей белорусской промышленности от мирового горизонта развития — это то, что ВУЗы Беларуси не выпускают специалистов, которые умеют работать в современной информационной среде. Откуда же взяться современным технологиям? А ведь сегодня, чтобы выйти на мировой рынок, надо создать товар, который будет иметь конкурентное преимущество. Чтобы произвести такой товар – надо иметь технологию, до которой еще не додумались ни в Европе, ни в США, ни в Китае. Необходима не просто со-временная технология, необходима технология, опережающая время. Кто, интересно, будет создавать такие технологии в Беларуси? Пытаться угнаться за передним краем научно-технического прогресса, используя средневековые методы обучения (смотри мою статью «Информационный взрыв и наследие ХI века») — такая же несбыточная мечта, как пытаться догнать реактивный самолет на телеге (пусть даже очень хорошей и в высшей степени прогрессивной телеге).

В данном примере качество сборки и технологическая «продвинутость» самолета и телеги не имеют никакого значения для итогов состязания в скорости, поскольку взятые для примера транспортные средства представляют принципиально разные уровни технологий. Так и качество функционирования системы образования, основанной на средневековых дидактических концепциях и моделях, не имеет значения для качества подготовки специалистов XXI века. Как бы хорошо ни были реализованы средневековые образовательные технологии – в современной ситуации они не способны дать качественных специалистов.

А ведь это должна быть главная и первая теоретическая разработка Академии наук – как создать систему подготовки специалистов, которые смогут создавать технологии завтрашнего дня. Если нет научно обоснованной методики разработки технологий завтрашнего дня, деятельность Академии наук – это прожигание народных денег.

Увеличение скорости доступа к информации

На этом факторе я позволю себе остановиться подробнее, так как еще не рассматривал его в предыдущих публикациях. Я учился в ВУЗе в 1991-1996 гг. Чтобы получить необходимую информацию, я шел в библиотеку, перебирая карточки в каталожных ящиках, заполнял бланк заказа книги, стоял в очереди, чтобы отдать бланки заказов, затем ждал час-полтора пока заказ будет обработан. Получив книги и журналы, я делал из них выписки в тетрадь или на карточки. «Реферативный журнал».

Прошло всего 15 лет. С ноутбука на рабочем столе мне в две секунды доступны миллионы томов и тысячи научных журналов за последнюю сотню лет. Причем системы поиска компании Google, которые хранятся своих серверах информацию о содержании каждой страницы Интернета, в доли секунды выберут и выведут на монитор только те статьи, которые относятся к существу интересующего меня вопроса. Тот объем информации, который я могу получить сегодня за 30 минут, не вставая из-за стола, 15 лет назад я собирал бы не менее 3 месяцев.

Сегодня мне в доли минуты доступна почти любая книга, изданная на Земле (Google Books) и геном человека (GenBank). Электронные версии научных журналов становятся доступными до того, как они будут отпечатаны типографским способом.

Сегодня я могу за 5 минут найти сетевой адрес любого автора любой статьи (пусть он живет хоть в Австралии) и обсудить с ним интересующие меня вопросы в приватной беседе лицом к лицу, не покидая при этом своей комнаты (Skype).

15 лет назад на получение аэрофотоснимка территории Беларуси у меня ушли бы месяцы хождения по инстанциям, снимки других регионов для рядового человека были недоступны в той же степени, что и туманность Андромеды. Сегодня система GooogleEarth обеспечивает мгновенный доступ к спутниковым фотографиям высокого разрешения любой территории земного шара для любого пользователя в любой точке мира.

Я привел эти примеры в качестве доказательства главной мысли: мир изменился, изменилась информационная среда, в которой мы живем и работаем, изменились закономерности информационного обмена.

Любой специалист может использовать для мышления и принятия решения только ту информацию, которая находится в его сознании и памяти. Вся прочая информация, которую он не успел освоить, для его сознания как бы не существует. 50 лет назад «узким местом» в процессе освоение знаний был процесс поиска и получения релевантной информации (пойти в библиотеку, просмотреть тысячу карточек и т.д.). Сегодня скорость освоения знаний лимитирована возможностями сознания человека по освоению информации. Именно процесс переноса знаний в сознание и память человека стал «бутылочным горлышком» в современном информационном обмене. Введите в строку поиска google ключевое слово «синхрофазотрон», и через 0,1 секунды Вам будет предложены несколько десятков тысяч релевантных документов. А сколько потребуется времени на прочтение хотя бы 10 страниц сложного технического текста?

2 января 2011 года посиковая система google по запросу «синхрофазотрон» выдавала 26 700 релевантных ссылок. 17 марта 2011 года google предложил по тому же запросу уже 68 000 сылок, 2 января 2013 — 104 000 документов. (Данные получены автором статьи)

Многократное повышение скоростей доступа к информации привело к изменению алгоритмов главной деятельности специалиста – деятельности по принятию решений. Ранее специалист для принятия верного решения должен был хранить в своей памяти необходимую информацию. Нет релевантной задаче информации – нет верного решения. Низкая скорость доступа к информации делала невозможным быстрое пополнение личного банка знаний. Поэтому качество специалиста во многом определялось количеством знаний в его долговременной памяти. В такой информационной среде «начитывание» конспектов было оправленной методикой подготовки специалистов.

Но информационная среда изменилась! Сегодня никто не может иметь достаточно информации в памяти, чтобы с ходу принимать верные решение при решении задач, которые ставит динамичная современная жизнь. Объемы информации настолько велики, что вероятность того, что релевантная задаче информации окажется в памяти, стремится к нулю. Сегодняшний специалист должен уметь оперативно находить релевантную задаче информацию, быстро усваивать ее и использовать для принятия решения. Если специалист не научен быстро искать и усваивать релевантную задаче информацию, а вместо этого пользуется знаниями, полученными в ВУЗе, который он закончил 5-15 лет назад – это значит, что он принимает решения вчерашнего дня. Говорить в такой ситуации об «инновационной экономике» — это значит смешить людей покруче, чем в шоу ComedyClub.

Вместо того, чтобы заставлять студентов отрабатывать алгоритмы поиска информации в современных информационных средах, методы работы с малоструткурированной информацией, их заставляют 5 лет изо дня в день делать нечто совсем иное. Большую часть учебного времени студенты заняты тем, что от руки на слух записывают сведения 20-летней давности, 100% из которых доступны в 2 клика мышью и 99% из которых никогда не понадобятся для принятия реальных производственных решений.

Вот и получается, что специалисты-отличники, которые получили высшее образование 5-10-15 лет назад, сегодня оперируют безнадежно устаревшими знаниями и даже не знают о том, настолько далеко ушел прогресс науки и технологии в их области знаний.

Что ждет систему образования?

К сожалению, можно утверждать, что все образовательные реформы последних 20 лет имели декоративно-косметический характер и ни в коей мере не затронули сущностных проблем и противоречий образовательных систем.

Единственное исключения – это введение ЦТ, которое привело к устойчивому прогрессирующему снижению качества среднего и высшего образования. При этом достаточно забавно выглядят попытки преподнести ЦТ как некую новую прогрессивную технологию, хотя это совсем не так. Впервые прием абитуриентов при помощи тестового задания проведен в Колумбийском и Нью-Йорском университете в 1901 году. Полный переход на проверку знаний абитуриентов при помощи тестирования был осуществлен в США в 1941 году.

Для повышения качества подготовки специалистов требуется создание качественно новой концепции менеджмента знаний и внедрение в ВУЗах качественно новой концепции обучения, адаптированной под современные скорости накопления, обновления и доступа к информации.

Если мы сможем в Беларуси сделать это сегодня – то станем мировыми лидерами в образовании с вытекающей отсюда возможностью экспорта образовательных услуг. Если мы не сделаем этого сегодня, то завтра это сделают другие, а мы снова будем втянуты в нелепую и разорительную игру «догони лидера».

Именно это сейчас и происходит в отношении присоединения к Болонскому процессу. Не было в СССР болонской системы – это не помешало десяткам тысяч «неболонских» специалистов уехать в США и Европу и быть востребованными на рынке труда. Пусть сегодня Беларусь присоединится ко всем мировым процессам – специалисты от этого лучше не станут. Хочу также напомнить малоизвестный факт: ведущие европейские ВУЗы — Кембридж, Парижский институт политических наук и др. — тактично отказались участвовать в Болонском процессе.

Вчерашняя дидактическая парадигма «снабдить специалиста необходимым количеством знаний» безнадежно устарела. Такой специалист сегодня подобен неповоротливому динозавру среди шустрых млекопитающих. Использование этой стратегии в высшей школе предетерминирует научное и промышленное отставание Беларуси от горизонта научно-технического прогресса и, как следствие, снижение общего уровня благосостояния белорусов.

Сегодня пришло время новой стратегии: обучать специалистов методикам быстрого поиска релевантной производственной задаче информации в современных динамичных информационных средах (© Сандаков Д.Б. 2010). Именно эта идея может, на мой взгляд, стать стержнем новой образовательной концепции.

* * *

В сложившейся ситуации надо радоваться, что студенты не желают изучать то, что им предлагают в современных ВУЗах. Это означает, что они имеют некоторые представление о современной жизни и современной информационной среде. Снижение мотивации к учебе означает, что студенты осознают пропасть, которая образовалась между уровнем развития технологий XXI века и уровнем методик высшего образования XI века.

В современных условиях учить студентов так же, как и 20-30 лет назад – это все равно, что обучать современных летчиков-истребителей стрельбе из арбалета и методам ремонта перкалевых бипланов. В этом случае летчикам-истребителям станет примерно так же «в лом» учиться, как сегодняшним студентам.

Мечты наших чиновников об инновационном развитии (а, соответственно, и мечты белорусов о хорошей жизни) так и останутся мечтами до тех пор, пока система высшего образования Беларуси не начнет готовить специалистов, готовых уверенно работать в информационной среде XXI века. Новые знания, современные технологии и жизненные блага создаются мыслью и трудом умного человека, а не зелеными бумажками. Поэтому от детских мечтаний о том, что заграничный дядя-инвестор даст нам денег, и мы заживем хорошо, пора переходить к планомерному созданию рационально организованной, научно обоснованной, со-временной (т.е. соответствующей требованиям текущего времени) государственной системы подготовки умных людей. Благо богата белорусская земля талантливой молодежью.

Декабрь 2010 г., Минск

© Сандаков Д.Б., 2010.

Последние новости

Белорусам запретили рассказывать о своем опыте обучения за границей

7 июня 2020 Министерство антимонопольного регулирования и торговли (МАРТ) совместно с Министерством образования проводят работу по выявлению и пресечению распространения ненадлежащей рекламы об обучении белорусов...

Изучайте Spring бесплатно (10 видеоуроков + сертификат)

С 19 по 25 июня 2020 года на ITVDN проходит акция - вы можете пройти обучение по курсу Spring бесплатно! Что такое Spring? Spring — это...

Бесплатный вебинар Виктора Рублёва «Как научить ребенка эффективно учиться?»

22 июня состоится бесплатный вебинар Виктора Рублёва "Как научить ребенка эффективно учиться?" Вам важно участвовать, если вы: Хотите помочь своему ребенку освоить техники эффективного обучения,...

Приглашаем на бесплатный двухдневный интенсивный тренинг по Python (созданию игры BlackJack)

Привет, друзья! Мы приглашаем вас на двухдневный интенсивный тренинг по созданию игры BlackJack, который состоится 22 и 23 июня (19:00-21:00). Программа тренинга позволит в...