Мнение: концепция STEM разлагает образование

Альтернативная точка зрения про популярную концепцию от нью-йоркского писателя и сотрудника Банка Америки Джареда Вударда. Это сжатый перевод статьи, опубликованной в журнале American Affairs.

— Расходы сферы образования США на технологии в 2018 году превысили $26 млрд — это больше, чем весь военный бюджет Израиля. По некоторым оценкам, ежегодные суммарные траты на технологии для школ в мире в скором времени достигнут $252 млрд. Власти горячо приветствуют этот тренд и утверждают, что он способствует сокращению неравенства и подготовке конкурентоспособных трудовых ресурсов.

Вместе с тем технологии, которыми сегодня пичкают школы, истощают их финансы и замедляют развитие детей.

Во-первых, технологии усугубляют такую проблему, как непонимание школами своего предназначения. Образование — это процесс формирования личности, а не штамповка рабочей силы. Вместо этого школы стараются обеспечить учеников набором «профессиональных навыков», которые понадобятся им в работе.

Во-вторых, технологии идут во вред эффективности обучения: применение в классе последних новинок ПО и гаджетов приводит к ухудшению навыков чтения, долговременной памяти, результатов тестов по математике и другим предметам и вызывает зависимость. Единственное устройство, которое в исследованиях проявило себя с положительной стороны — это проектор, да и то в руках компетентного учителя.

И в-третьих, пагубное влияние технологий проявляется в более широком масштабе: они углубляют экономическое неравенство в обществе, снимают ответственность со школ, отнимают у учителя контроль над процессом, а учеников из небогатых семей делают более уязвимыми перед угрозами автоматизации и глобализации.

STEM против наук

От помешательства на STEM страдает преподавание общеобразовательных предметов, которым традиционно отводилось центральное место — математики и естественных наук: связь новой концепции с ними весьма поверхностна, но зато она преследует совершенно иные цели. Задача обучения наукам — дать детям знание мира и о мире.

Задача STEM — вырастить рабочую единицу с определёнными навыками.

Как раз под таким «соусом» в 2009 году администрация Барака Обамы запустила две инициативы по продвижению STEM-образования с совокупным бюджетом более $4,6 млрд: Race to the Top и Educate to Innovate. США нуждаются в высококлассных сотрудниках, которые помогут стране справиться с крупнейшими проблемами 21 века, говорил тогда учёный и советник президента Джон Холдрен. Позже он писал, что преподавание STEM-дисциплин стало залогом способности страны производить лучшие, более продвинутые продукты, наращивать экономическую мощь, а профессии, связанные со STEM, — это профессии будущего.

Администрация Дональда Трампа продолжила эту риторику: в 2018 году образовательный совет при президенте провозглашал, что именно такие сотрудники станут драйвером инноваций для ключевых отраслей экономики страны. Политики «топят» не за науку как таковую: все заявления — про технологии и про технологии как сердце новой экономики.

Слово «науки» (science) в аббревиатуре касается только естественных и физических наук — гуманитарные и социальные здесь не в счёт. Причём естественные науки тоже постепенно вытесняются: на посвящённых STEM выставках едва ли есть место для геологии, физики или химии, но зато — уйма приложений и роботов: очевидно, что фокус на «технологиях». Понятие «инженерия» здесь избыточно, а «математика» — просто для мебели. Политики очень боятся конкуренции с Восточной Азией, и различные математические теории детям нужно изучать постольку, поскольку они годятся для применения каким-то коммерчески выгодным способом.

Теория вероятности, относительности, матанализ или физика моста ценятся не потому, что помогают познать истинное или прекрасное, а исключительно потому, что с помощью них можно построить спутники, рассчитать эффективные страховые тарифы и спроектировать автомагистраль, но и то только в случае, если эти общественные блага принесут кому-то прибыль.

Уже несколько десятилетий технологии внедряют в образование. Но даже по меркам поборников STEM пока это обернулось лишь пустой тратой времени и средств. Вопреки ожиданиям, технологии атрофируют творческое и инновационное мышление школьников. Даже с узкой коммерческой точки зрения технологии неотделимы от гуманитарных наук и искусства — не прикладных по своей сути, но учащих человека мыслить нестандартно и генерировать новые идеи.

За технологиями — в отличие от наук и математики, которые всегда входили в школьную программу, — нет некого конкретного предмета, они оторваны от учебной работы и выполняют задачу научить людей хорошо «производить» что-либо, не отдавая себе отчёт в том, что именно и зачем.

Больше «костылей» — меньше результат

За последние десять лет многое и активно делается для повышения престижа технологического образования и компьютеризации школ. В США почти в каждом классе есть высокоскоростной интернет, а соотношение учеников и ПК примерно один к одному.

Параллельно набирает силу противоположное движение, особенно против внедрения технологий на базовой ступени. Причём такие школы умудряются готовить образцовых учеников. Такого подхода придерживается и самая популярная закрытая школа Кремниевой долины. Элитная частная школа в австралийском Сиднее, которая выпустила трёх будущих премьер-министров, в 2016 году запретила ноутбуки и заставляет учеников вплоть до 10 класса включительно писать сочинения от руки. А деньги, на которые закупили интерактивные доски, ноутбуки и сопутствующий софт, заведение считает выброшенными на ветер.

Такая позиция небезосновательна. Недавно ОЭСР проводила крупнейшее международное исследование сферы образования под названием «Международная программа по оценке образовательных достижений учащихся». В нём участвовало более 540 тысяч школьников из 72 стран; им предлагали задания по математике, естественным наукам и чтению. Ученики, которые используют на занятиях новейшие гаджеты, показали более низкие результаты по всем трём тестам: на 10% — в математике, на 18% — по чтению. В этом обвинили компьютеры, планшеты, Wi-Fi и даже смарт-доски — единственным полезным устройством назвали проектор.

Эти выводы перекликаются с выводами исследований внутри США. Согласно одному из них, за четыре года форсирования технологий в публичных школах Калифорнии успехи учеников существенно не улучшились. По данным другого исследования среди детей 6-10 класса компьютеры значительно не повлияли на скорость выполнения домашних заданий, отметки, результаты тестов или посещаемость, а в некоторых случаях давали обратный эффект.

Ещё одно исследование показало, что гаджеты ухудшают долговременную память школьников: результат итоговых экзаменов тех из них, кому разрешали пользоваться электронными устройствами в классе, был на пять процентных пунктов ниже, чем у тех, кому гаджеты запрещали. С тестами, которые давали сразу после прохождения материала, ученики двух групп справлялись практически одинаково; разница в удержании информации становилась заметна в промежуточных тестах и увеличивалась к концу года. Главная причина — гаджеты отвлекают детей от учёбы.

Проповедники компьютеризации образования на это отвечают, что снарядить школьников гаджетами и дать им доступ к интернету не было самоцелью. Это подготовило почву для применения в учёбе специального софта, который персонализирует процесс и позволяет детям учиться в своём ритме.

Но и здесь выводы исследований неутешительны: использование ИКТ и компьютерных программ в школах даёт нулевую отдачу и вытесняет традиционные методы. В одном обширном исследовании школьники в течение года использовали 16 программных продуктов. Контрольный тест не выявил статистически значимой разницы между их результатами и результатами тех, кто такие программы не использовал. Но по прошествии ещё одного года результаты по математике в первой группе оказались намного хуже, чем во второй.

Технологии, в которые вливают столько денег, не оправдывают ожиданий. Во-первых, предполагалось, что они смогут стать альтернативой учителю, но когда человека заменили технологиями, эффективность обучения упала. Во-вторых, не работает «персонализация» обучения под нужды каждого ученика, как бы привлекательно это ни звучало: ПО для математики даёт разнящиеся результаты, на навыках чтения софт отразился никак или негативно.

Наконец, излюбленный аргумент — интерактив и геймификация, которые якобы стимулируют интерес к учёбе. На деле это только мешает усваивать материал: в одном исследовании две группы детей учили делить дроби — классическим способом и в игровой форме через программу. Последние разбирали теорию примерно на 5 минут дольше, но их результаты были хуже.

Есть другие побочные эффекты технологий. Заставлять детей набирать текст на клавиатуре, а не писать от руки, вредно: исследования говорят о пользе письма для развития мозга, памяти и умения глубоко осмысливать материал. Читать следует распечатанный текст, а не с экрана монитора — улучшается понимание. Гаджеты снижают концентрацию внимания, способность сосредотачиваться и делать несколько задач одновременно, вызывают привыкание и другие психические расстройства. У подростков выявили тесную корреляцию между использованием цифровых устройств и тревогой, депрессией, ожирением и заниженной самооценкой.

«Волк в овечьей шкуре»

Изначальная идея понятия «цифрового барьера» заключается в том, что в будущем ученики из малообеспеченных районов будут ограничены в возможностях, поскольку сейчас недостаточно вовлечены в STEM-направления. Со временем этот «барьер» будет проходить между теми, кто может или не может спастись от разрушительного влияния технологий.

Если оставить в стороне вопрос полезности технологий в учёбе, для некоторых лиц, например политиков и бизнесменов, поддержка STEM — это инструмент реализации собственных стратегических интересов. ИТ-миллиардерам вроде Марка Цукерберга технологические подарки детям помогают улучшить «карму» и имидж в глазах общественности, а местным властям — создать видимость заботы о нуждающихся школах, не меняя экономической ситуации. Есть профит и для технологических компаний, которые сражаются за бюджеты государственных школ. Сговорчивым директорам они предлагают спонсировать поездки на образовательные мероприятия на курортах и платят за участие в них в качестве консультантов.

Благополучное трудоустройство учеников благодаря STEM — сомнительная перспектива. Поголовное обучение программированию не подготовит школьников к реалиям будущего рынка труда, как говорят сторонники концепции, а сделает их уязвимыми к последствиям глобализации и автоматизации.

Автоматизация приведёт к «вымиранию» специалистов, чьи задачи под силу компьютеру, например системных администраторов, сетевых архитекторов и служб компьютерной поддержки. 60-70% их функций уже могут выполнять современные технологии.

В финансовой сфере нейросети за считаные минуты обрабатывают данные, на анализ которых специалисту понадобились бы часы или дни, а работодателю гораздо дешевле обходится AI, чем живые сотрудники. Оксфордский университет исследовал подверженность различных профессий автоматизации и пришёл к выводу, что чтобы быть успешными в будущем, школьникам нужно идти против господствующего STEM-течения и овладевать креативными и социальными навыками. Плоды автоматизации в существующей экономической системе продолжат пожинать те, кому принадлежит капитал.

Глобализация — более серьёзная угроза. С 1990 года в производстве США исчезло 5,6 млн рабочих мест, почти 50% сокращений списывается на свободу торговли и вступление в ВТО Китая. Политикам следовало бы делать упор на обучении школьников профессиям, которые сложно «отдать» иностранцам — то есть таким, которые требуют физического присутствия людей. Программирование, анализ данных и другие айтишные специальности к таковым не относятся. Наоборот, это распространённые навыки, которые вполне можно вынести на аутсорс в страны с более дешёвой рабочей силой.

Помимо этого, технологии снимают ответственность со школ и умаляют значение и компетентность учителя. В «индивидуализированном обучении» есть своего рода снисходительное утешение в адрес ученика: делай то, что можешь — у нас нет к тебе завышенных ожиданий. Школы же могут переложить свою ответственность за низкие результаты слабых учеников на новую систему оценки: мол, школьник раскрывает свой потенциал, и если компьютер так его оценил, то значит, такие у него способности.

В отдельном исследовании рассматривались онлайновые чартерные школы (муниципальные школы с госфинансированием, но собственной программой), обучение в которых заключается преимущественно в том, что дети не слушают учителя, а днями смотрят видеоуроки. Ущерб от таких школ оказался катастрофическим.

Стэнфордский университет сравнил их учеников с учениками обычных государственных заведений того же достатка, расы, пола и являющимися носителями одного языка. Эффект от посещения чартерных онлайн-школ на результатах тестов по чтению соответствовал 72 дням прогулов традиционной школы. Ухудшение показателей по математике было сопоставимо с тем, как если бы дети пропускали школу 180 дней в год.

Авторы работы сначала заподозрили причину в гибкости, которой отличаются программы чартерных школ. Но как выяснилось, между показателями учеников онлайновых и «физических» чартерных школ такая же пропасть — другими словами, проблема кроется в виртуальности обучения. Эти выводы перекликаются с выводами других исследований онлайн-курсов, согласно которому они, скорее, не сокращают, а увеличивают разницу между успехами учеников.

Но то, как дети сдают тесты, совершенно неважно, если в конце учёбы они не смогут устроиться. Из года в год американские колледжи выпускают на 50% больше студентов, чем нанимают в сферы информатики и разработки. Недавно довольно критически по поводу технологий в образовании высказался человек, от которого это можно ждать меньше всего — сооснователь PayPal и Palantir Питер Тиль:

«Есть одно большое заблуждение, в которое мы вводим общество — оно касается STEM: в большинстве этих направлений нет работы. Человек со степенью по физике или химии в конце концов не найдёт хорошо оплачиваемое место. То же с биологией. Я часто говорил, что лучше специализироваться на гуманитарных науках, потому что так вы хотя бы точно знаете, что в итоге для вас не будет работы; выбрав другие науки, вы будете ошибочно полагать, что о вас позаботятся высшие силы».

Обещания о рабочих местах STEM-евангелистов — фикция, которая отвлекает человечество от более масштабных целей и насущных вопросов. Буйные подростки, жертвы торговли людьми и насилия, шахтёры, заключённые, афганские девочки — на все беды есть универсальный ответ: их нужно научить кодить. Возможно, они и пристроятся в стартапы, но глубинные экономические проблемы это не решит.

Две культуры и двойные стандарты

Противостоянию между двумя культурами: учёных и техников, за которыми якобы будущее, и гуманитариев, «ненужных скрипачей» — уже много лет. Здравый смысл говорит о важности вторых, но фаворитами в современном мире, бесспорно, являются первые. Есть люди, которые способны выйти за рамки этой дихотомии, и они намного дальновиднее остальных.

Элита Кремниевой долины, например Билл Гейтс и Стив Джобс, не подпускает своих детей к продуктам своих же компаний. Когда Ллойда Бланкфейна (до недавнего времени СЕО Goldman Sachs) спросили, какой важный совет он бы дал студентам, он ответил:

«Изучайте гуманитарные науки. Узнайте, как люди мыслят, как повторяются циклы, учите уроки истории».

Гендиректор LinkedIn Джефф Вайнер убеждён, что главный навык, которого недостаёт специалистам США — не программирование, а умение убеждать, лидерство — другим словом, гибкие навыки.

Разница между критиками STEM и элитой в том, что её советы предназначены для людей того же круга, а не для простых людей. Богатые семьи отправляют детей в частные школы подальше от гаджетов, но параллельно финансируют (например, фонд Гейтса) образовательные инициативы, которые одобряют исключительно стандарты и материалы, ориентированные на подготовку рабочей силы.

Источникdev.by

Последние новости

Белорусам запретили рассказывать о своем опыте обучения за границей

7 июня 2020 Министерство антимонопольного регулирования и торговли (МАРТ) совместно с Министерством образования проводят работу по выявлению и пресечению распространения ненадлежащей рекламы об обучении белорусов...

Изучайте Spring бесплатно (10 видеоуроков + сертификат)

С 19 по 25 июня 2020 года на ITVDN проходит акция - вы можете пройти обучение по курсу Spring бесплатно! Что такое Spring? Spring — это...

Бесплатный вебинар Виктора Рублёва «Как научить ребенка эффективно учиться?»

22 июня состоится бесплатный вебинар Виктора Рублёва "Как научить ребенка эффективно учиться?" Вам важно участвовать, если вы: Хотите помочь своему ребенку освоить техники эффективного обучения,...

Приглашаем на бесплатный двухдневный интенсивный тренинг по Python (созданию игры BlackJack)

Привет, друзья! Мы приглашаем вас на двухдневный интенсивный тренинг по созданию игры BlackJack, который состоится 22 и 23 июня (19:00-21:00). Программа тренинга позволит в...